22:11 

Седая Верба
Холод всегда мне был по душе
Последний полёт
Фэндом: Basilisk. Kouga Ninpon Chou/Василиск. Книга техник Нинпо
Пейринг: Яшамару/Хотаруби
Рейтинг: NC-17
Жанр: angst, romance, death-fic
Предупреждение: OOC
Disclaimer: © Ямада Футаро
Размещение: исключительно с разрешения автора

Крылья бабочек затрепетали на ветру. Дёрг-дёрг-дёрг - словно разлетевшиеся по ветру светящиеся лепесточки цветов. Тех самых, что Акегину иногда выращивала в саду Оген-доно. Как же давно это было... Несусветно давно. Невообразимо. Века назад. Да что там века - тысячелетия...
Хотаруби улыбнулась и открыла глаза. Всё, что она смогла увидеть - лишь плачущее свинцово-чёрное небо и лицо любимого человека.
***
- Яшамару-доно... - тихо сказала Хотаруби, после того, как девушки клана помогли ей переодеться во второе свадебное кимоно, пестревшее красными цветами. Косынка-цунокакуши была уже откинута, и Хотаруби могла смотреть на возлюбленного без всяких препятствий. - Яшамару-доно...
На маленькую ладошку куноичи легла широкая ладонь Чёрного Вязальщика. Яшамару улыбнулся и чуть заметно подмигнул возлюбленной. Хотаруби смущённо покраснела и попыталась спрятать от всех счастливый взгляд. Даже таким родным и близким, даже столь любимому и безмерно чтимому клану, Хотаруби не хотела показывать этот взгляд. Ведь он был предназначен только одному-единственному человеку.
- Яшамару-доно... - зов потонул в темноте.
Чёрные тени от росших на пороге фусума вишневых деревьев метались по полу. Рука Яшамару коснулась плеча девушки. Хотаруби на мгновение остановилась, пытаясь поймать в темноте столь любимый и столь дорогой взгляд. А потом просто потонула в подаренных ей объятиях.
- Яшамару... Супруг мой... - прошептала Хотаруби на ухо любимому и взъерошила собранные в хвост волосы.
- Всё будет хорошо, любимая. Теперь точно всё будет хорошо, - ответил Яшамару, поглаживая молодую жену по волосам.
Тонкие нити чёрного шёлка кольцами обвивали пальцы. Трогать волосы Хотаруби было приятно. Это было какой-то запредельно нежной лаской, подобной едва ощутимым прикосновениям души к душе. Яшамару наклонился к уху жены и прошептал тихо-тихо, будто боясь, что их могут подслушивать:
- Не бойся.
Хотаруби улыбнулась. По длинным тонким ресницам скатилась солёная капля. "Дура!" - подумала Хотаруби, всхлипнув, и прижалась к груди Яшамару. Тот, задорно улыбнувшись, смахнул с её щеки слезу и щелкнул пальцем по чуть вздёрнутому вверх носику. Хотаруби удивлённо посмотрела на него, а потом внезапно рассмеялась и начала сквозь смех утирать выступившие слёзы рукавами узорного цветастого кимоно.
Сидеть, отдавшись на волю объятий любимого человека, было тепло и спокойно. Хотаруби не знала, сколько это длилось. Сложно не сбиться со счету времени, если в каждом мгновении заключена вечность. А эти ласки, эти случайные прикосновения так и вовсе сводили с ума, какое там уж за временем следить...
Как они оказались на футоне под одеялом, оба вспомнить не могли. Вроде бы смазанно отпечатался в памяти момент развязывания оби на кимоно, вроде бы был очень нежный и трепетный поцелуй, и губы казались мягкими, нежными и пахли вишнёвым вином - у обоих.
Зато будто иголками выколоты были воспоминания о горячих прикосновениях одного тела к другому. И руки, привыкшие держать оружие, у обоих вдруг внезапно стали мягкими и нежными, и захотелось потонуть в этой нежности, как в разлившейся по весне реке возле Скрытой Тсубы.
Дышать сквозь следовавшие один за другим глубокие поцелуи получалось с трудом. Сердце билось, билось, билось о грудную клетку, словно птица. "Бух-бух-бух!" - отдавала в ушах кровь. И пульсировало внизу живота чувство - тянущее, заставляющее дрожать то от холода, то от жара.
Миг, когда они всё-таки стали едины, смазался в сознании. Яшамару помнил затаившиеся в глубине души страх и трепет, Хотаруби - медленно разрывающую, изнутри давящую боль, сжатые, чтобы не закричать, губы и всё-таки вырвавшиеся из глотки болезненные стоны. Помнила стыд и успокаивающее горячее дыхание возлюбленного на груди. Помнила... Помнила, помнила, помнила...
А после этого порыва страсти снова была умопомрачительная нежность, захлёстывавшая весь мир. И ощущение порхающих в груди бабочек - трепещущих, нежных, ласковых. Дёрг-дёрг-дёрг - словно прикосновение к нежным вздрагивающим крылышкам.
А утро было ослепительно солнечным, радужным и тягуче-прекрасным, подобным садовой дорожке, усеянной белыми лепесточками вишен - дороге в новую жизнь. Где у Хотаруби хватило бы сил сказать ненависти "Нет!"
***
В небо взвился вихрь лиловых бабочек. Дёрг-дёрг-дёрг - крылышки трепетали под дождём. Бабочки казались чем-то призрачным и потусторонним. Кисараги Саймон отшатнулся, опасаясь, что девчонка всё-таки как-то смогла использовать свою адскую технику. Но нет: тварь Хотаруби всё-таки была мертва, а бабочки - безвредны.
Хотаруби закрыла глаза. Лицо Яшамару-доно по-прежнему стояло перед взором. А что смысла пялиться в небо, с которого льётся дождь? Девушка протянула руки к возлюбленному и отпустила остатки силы на волю. Ведь если падаешь с обрыва, почему бы не попытаться полететь на крыльях мечты...
... и несбывшегося будущего...

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Basilisk

главная